Онлайн-блиц с Игорем Стояновым

У нас совсем немного времени на онлайн-созвон, за которое мы постараемся узнать как можно больше о тех, чьи истории нас вдохновляют. И кто своим примером доказывает, что за каждым успешным бизнесом стоит живая и многогранная личность. 



Гость рубрики — Игорь Стоянов, предприниматель, визионер, президент и основатель сети имидж‑лабораторий «Персона», президент Ассоциации предпринимателей индустрии красоты.

— Игорь, есть ли тема, о которой вы принципиально не говорите публично, но которая сильно повлияла на вас как на человека?
— Такой темы нет. Я всегда открыто говорил о провалах, теневых сторонах и сложностях, с которыми сталкивался. Думаю, только сейчас приходит время, когда люди готовы слышать правду про «неуспешный успех». Хотя, конечно, готовы не все. Кому-то, например эмпатам, может быть ментально тяжело погружаться в чужой негатив — их это попросту «задавит». Да и не всем нужно рассказывать о неудачах. Но в своих книгах я делюсь самым разным опытом — не только позитивным. Ведь зачастую именно такие истории могут быть очень полезны для тех, кто проходит похожий путь.

— Вы много путешествуете и постоянно общаетесь с людьми. Что для вас сложнее — быть все время «в ресурсе» или оставаться искренним?
— Я не удерживаю свое ресурсное состояние специально. Если ресурса нет, это сразу становится заметно: меняется тональность, паузы становятся чуть длиннее, я становлюсь более задумчивым. Могу спокойно сказать коллегам в офисе: «Ребята, сейчас я не могу быть вовлеченным и участливым ко всем. Когда энергия появится, я сообщу». Считаю, что заявить о своем состоянии — это ответственный поступок взрослого человека. А когда ресурс есть, я нахожусь в гипертонусе, веду себя очень свободно — и это может нравиться не всем. Но я всегда веду себя так, как чувствую. 
Поэтому вопрос об искренности очень интересный. Думаю, что искренность вообще — показатель большого сердца и ума, но не всегда признак мудрости. Иногда мы что-то недоговариваем, чтобы не ранить другого человека. Или иногда не понимаем, зачем нам быть искренними с неподходящей аудиторией, людьми. Считаю, что искренность — большая привилегия, которая не может происходить с каждым. Это нечто интимное, сакральное.

— В какой момент общения вы чувствуете настоящий интерес, и это перестает быть формальным контактом?
— Для меня принципиально видеть живую вовлеченность. Быть включенным в диалог с другим человеком — большая ценность. И обычно это происходит в походах, в поездках, на выставках — при смене обстановки. Если вижу к себе живой интерес — хотя бы одна-две пары глаз, которые смотрят с любопытством, и за их взглядами угадывается какой-то более глубокий вопрос, — я беру стул, сажусь напротив, и мы разговариваем. Такая глубина, такое касание возникает редко. Это тонкая игра смыслов, и я часто думаю, как не «перегрузить» людей. Если они готовы воспринимать — даю информацию. Если не вижу внимания, прикрываю «кран» своей искренности, открытости и общаюсь с позиции профессионала и эксперта.



— Бывает ли, что после мероприятий вам хочется тишины, и как вы ее находите?
— После мероприятий тишины хочется часто. Обычно я иду в номер и ложусь спать или, если позволяет погода, гуляю. Иногда мне необходимо побыть наедине с мыслями, и я говорю об этом прямо, чтобы люди понимали: сейчас я не могу дать той вовлеченности, которой им хотелось бы. Часто после этого они сбавляют свой напор, и разговор просто перетекает в дружеское русло. Мы делаем то что должны, но немного иначе.

— Что вас по-настоящему злит — не как профессионала, а как человека?
— На самом деле, я довольно раздражительный. И злюсь чаще всего как раз не как профессионал, а как человек. В основном это какие-то бытовые ситуации. Злюсь, когда не обращают внимания на мои просьбы, когда меня не слышат. 

— Если в моменте отказаться от всех ролей и статусов, каким вы себя ощущаете сейчас?
— Я в целом очень неплохо себя чувствую и без ролей. А в эту минуту ощущаю легкую усталость от того, что записываю это интервью, сидя в машине и ожидая жену. Но одновременно с этим чувствую большое воодушевление, поскольку скоро приеду в Томск, где будут люди, встречи, будет хорошо. Я чувствую себя вдохновленным тем, что делаю, живу. Смотрю вокруг и жду весны. Сейчас деревья стоят такие полумертвые, но скоро начнется настоящая магия: снег растает, через листочки будет пробиваться жизнь. Ну не красота ли это?!