ТОТ САМЫЙ ФАТЕРИН «ОБРАТНАЯ СТОРОНА ЛУНЫ»

Год назад мы впервые встретились с героем обложки Александром Фатериным, владельцем танцевальной компании «ДАБИДЖИ» и мультиформатного пространства «Этюд», чье имя известно далеко за пределами Томска. Честный, интересный, живой — тогда он покорил редакцию своим взглядом на мир и сумел обаять с первого слова. 

Интервью: Дарья Квишнева. Фото: Алексей Почеревный, Максим Кобзев



На этот раз он раскрылся нам с другой, по его словам, со своей темной, «обратной стороны Луны» — философской и откровенной, скрытой от многих глаз. И, признаться, это интервью впечатлило нас еще больше!

— Александр, напомним читателям, что 20 лет назад у тебя уже была огромная танцевальная школа, более тысячи учеников. И ты, и школа прошли через множество этапов и трансформаций, но одно неизменно — то, как к тебе тянутся ребята. Как ты находишь подход к каждому из них? В чем секрет твоего успеха? 
— Секрета никакого нет. Есть моя философия, которой я придерживаюсь в воспитании и собственных детей, и всех остальных. И она очень проста. Надо сделать так, чтобы они считали тебя 
не только папой, но и своим другом. Это важно. Потому что разница в уровне доверия между просто отцом и отцом-другом — колоссальная. Во втором случае связь поистине космическая. Никаких барьеров. Любые ситуации, даже самые стыдные и позорные, легко выкладываются на «разделочную доску» — и махом решаются. 

— Какие это ситуации? 
— Например, первые неудачные свидания или первая любовь. Это же целая отдельная тема в психологии. У мальчиков они протекают крайне сложно и воспринимаются ими очень болезненно. По себе помню: все держал внутри, переживал. Боялся кому-то рассказать, даже близким друзьям или брату. Про папу вообще молчу. А знаешь, как хотелось?! Хотелось поддержки, советов — потому что сам ты абсолютно не понимаешь, что делать, как себя вести в этот первый и такой интересный раз. (Смеется.) Так вот, сегодня со своим старшим сыном я могу говорить на любые темы. Никаких секретов. Моментальное понимание и моментальная поддержка. Да, он сразу «отхватит», если сделает что-то плохое, и Кристиан это прекрасно знает. Но он не боится рассказать мне о любой проблеме, потому что понимает: нет сильнее друга и поддержки, чем папа, с которым дальше уже не будет страшно. Также периодически напоминаю ему базу: «Если облажался — держи удар достойно. 
Ты же мужчина». 



— Так что, в итоге, делать, чтобы стать таким крутым отцом-другом для сына? 
—  Да, самое главное я и не сказал. (Улыбается.) Надо стать таким же «молокососом», как и он. Опуститься на его уровень: те же интересы, тот же сленг, та же манера общения. Надо даже не бояться быть с небольшой «дуростью». Например, для детей в школе танцев я не Александр Александрович, они не должны обращаться ко мне на «вы» — только на «ты». И в этом весь кайф. Ребята общаются без «напрягов» и возрастных барьеров. Чувствуют себя как дома. Всегда могут подойти к Сане, посмеяться со мной, получить годный совет, поддержку — и даже денежку на проезд. А родители и сейчас пишут, просят повлиять на ребенка, со словами: «Александр, помогите, пожалуйста, посодействуйте. Вы для него авторитет, вас он послушает». Просят поговорить, если ребенок скатился в учебе или начались проблемы с дисциплиной и плохими увлечениями. И я это махом решаю. Не знаю, как это получается. Но для меня это очень легко — сесть и серьезно поговорить. Договориться, пожать руки, как настоящие мужчины, и больше к этой теме не возвращаться. 

— Почему это не вызывает у тебя трудностей? 
— Потому что абсолютно все: и мои собственные дети, и мои «приемные», то есть те, кто тренируется у нас, знают одно прекрасное правило нашего «шалаша». Здесь им можно все, нельзя только открывать «красную дверь» и выходить за нее. Они знают, что находится за ней. Там сидит чудовище в клетке, страшный Фатерин, которого он и сам боится. Если откроют клетку, в которой он сидит, — голова полетит сразу. Все, что касается аморальных вещей, безнравственных, запрещенных в силу их возраста, связанных с жестокостью, неуважением к ближним и (не дай бог!) к слабым, с подлостью, клеветой, лицемерием и так далее — все это выход за «красную дверь». И на все это они получат моментальный и страшный ответ.  Дети это очень хорошо знают, не раз видели и не хотят испытывать свою судьбу, потому что дорожат тем местом, где находятся. И всегда помнят наше второе правило, базу: «Не плюй в тарелку, из которой ешь». 

— Но по тебе не скажешь, что ты мягкий-пушистый отец, который все разрешает. Не верится.
— Знаешь, что об отцовстве писал Фрейд? Отец должен быть для сына угрозой, а не другом, иначе мальчик навсегда останется ребенком. Он назвал это «Законом отца». Сын рождается в мире матери, где всегда тепло и прощаются любые ошибки. А отец — это первый вестник реальности. Его задача — вывести сына из уютного маминого «инкубатора» в мир постоянной борьбы, опасности и жестокости. «Быть угрозой для сына» — это не про насилие, это про авторитет. Пацан должен столкнуться с силой больше его, чтобы захотеть стать таким же сильным, смелым и справедливым. Если папа «мягкий и пушистый», у сына нет мотивации становиться «львом». Зачем, если его отец «травоядный»? Поэтому очень важно, чтобы мальчик символически победил своего отца 
и прошел этот сложный путь. Папа всегда был для своего наследника проводником в мир опасности. Только так умирал «ребенок» и рождался «мужчина». Тот самый, который потом заменит своего отца. 



— Впечатляет!
— Да. Очень сильные и суровые слова, но в них скрыта сама истина. Поэтому все верно: я не мягкий и не пушистый, мне нельзя быть таким. Иначе я не смогу ни воспитать своих сыновей «львами», ни стать вожаком в уже существующем «прайде». Речь об учениках-подростках и их уважении ко мне. Думаешь, не имея такой силы, я смог бы вести за собой такое количество детей и молодежи? Нет, конечно!  Подростки — самая беспощадная и сложная аудитория. Хочешь проверить насколько ты крут? Попробуй заставить их склонить головы. Они же никого не уважают, ни во что не ставят — даже своих родителей. Чтобы подобраться или влиться в их стаю, ты должен стать как они, только немного круче. Ты должен быть взрослее и мудрее — по их понятиям и правилам. Понимаешь, о чем я? А еще точнее, ты должен обладать той самой «скверной», которой умеешь управлять лучше, чем они. И тогда, когда они увидят твою силу и жесткую справедливость, ты получишь их уважение. 
Но речь не о том, чтобы лишить своего ребенка детства. Не надо впадать в крайность. Сын еще успеет повзрослеть. Более того, считаю очень важным заложить в него и другую, не менее значимую часть его воспитания — это невосполнимые временем детские воспоминания, которые потом лягут в основу создания и построения его будущей семьи. А также будут жить в его памяти вечно, всегда напоминая о том, какие у него были крутые родители. И я думаю, вы поняли, о чем я. О том, чтобы проводить физически больше времени со своим ребенком. В любой форме! Лучше, конечно, в игровой! Это еще один жирнющий плюс в воспитании здорового и полноценно развитого ребенка. 
Я в последнее время вообще стараюсь не отказывать сыну, когда он просит поиграть с ним. Не могу. Совесть мучает сказать, что занят, дел много или не хочу играть в эти компьютерные игры, которые он так любит, или пойти вместе на «треньку» и погулять…



— Почему совесть мучает? 
— Потому что очень хорошо помню свое детство. Когда нам с братом папа купил компьютер —они тогда только появились — это было просто вау, конечно! В моем классе компьютеры были только у двоих ребят. Каждый день, возвращаясь из школы, они обсуждали между собой, как придут домой, сделают уроки и будут ждать пап с работы, чтобы сесть с ними и «зарубиться» 
в любимую игрушку-стратежку «Ред Алерт». Она была тогда страшно популярна. Строишь свою базу, танки, ракеты, добываешь ресурсы 
и нападаешь на врага. В нее можно было играть вдвоем, поделив экран. Так вот, каждый день они взахлеб рассказывали, что сегодня поставят более сложный уровень, что придумали с папой, как будут нападать: «Он готовится с горы, я выезжаю из леса по его команде, разбиваем противника, захватываем базу, ура, ура!». Это звучало так круто и одновременно так грустно. Ведь у меня тоже был тот самый крутой компьютер и та самая крутая игра, но не было папы, который поиграл бы со мной в «войнушку». Когда я звал его, он всегда меня обнимал и говорил: «Ну, сынок, какие мне игрушки. Это вы играйте, а у меня работа и нет времени в этом разбираться». Целовал и уходил… Время пролетело быстро. Теперь я стал папой. И не хочу, чтобы было так. Каждую неделю в компьютерном клубе мы с сыном «рубимся» в его любимые игрушки. Вместе. И вообще идем на любую авантюру, где можем «пошкодить», немного порисковать и получить адреналин. Я знаю, что ему это необходимо — он же пацан. Такой же, как и я. Дела подождут и никуда не денутся, а вот слова «Пап, давай поиграем!» закончатся быстро, и ты их потом уже не услышишь. Никто тебя уже не позовет «порубиться в войнушку». Это же обычная арифметика. Сын просто вырастет. И в этом есть небольшая доля ужасной правды. Поэтому я суперкрутой современный батя, который еще долго будет «в тренде» с сыном и не раз услышит, как одноклассники говорят ему: «Какой у тебя крутой папа. Он что, ходит играть с тобой на “компы”? Танцует с тобой брейк-данс? Вот тебе повезло! Мой папа не играет со мной 
в игрушки и так не прикалывается со мной». Это все как раз то, о чем я только что сказал. 

— Знаю, что уже 10 лет ты не ешь мясо. Респект! Почему отказался от его употребления? И как в свои 42 года тебе удается быть в такой потрясающей форме? 
— Первая причина, почему я отказался от мяса, в том, что я отравился в свой день рождения шашлыком, который мы сами делали. Именно в тот момент я испытал просто невероятную тяжесть от этой пищи. Проснулся утром и сказал себе: «Больше это не ем». А я человек упертый, и если дело касается моих убеждений и принципов, то там вообще бетон. Вторая причина — знания, которые я получил, всерьез занявшись своим здоровьем и физической формой. У мясного белка невероятно длинная аминокислотная цепь, в отличие от рыбы и тем более растений. На его расщепление и переваривание организм тратит колоссальную энергию, а значит, в моменте работает на пределе. А зачем вам это? Для чего лишний раз нагружать свою пищеварительную систему, у которой совершенно точно есть ограниченный срок службы, ресурс, как и у любого органа? Помните, такое хорошо знакомое состояние, когда нет сил и энергии, вечно хочется спать? Сегодня это прямо тренд. Интересно, с чем это он связан? С тем, что вы едите — напрямую! Поэтому я настоятельно рекомендую после 25 лет перестать есть мясо. Просто попробуйте. Легкость, энергия, никаких тяжелых запахов от вашего тела, свежая, подтянутая кожа. Организм махом очистится. Ведь с той же курицей вы в себя закидываете просто всю таблицу Менделеева. Только не говорите, что вы этого не знаете.



— А третья причина? 
— Да, самая главная, третья причина моего отказа от мяса пришла ко мне значительно позже и на данный момент является основой всех моих жизненных принципов и убеждений. Спустя 7 лет, когда я подошел к своему главному кармическому узлу — сорокалетию, мое сознание и понимание этого мира окончательно «улетели в космос». И от прежнего Сани не осталось и следа. Хотя 
я и до этого имел высокий уровень сочувствия и сострадания к тем, кто слабее, особенно к животным и детям. Но этот «пробой» обновил все мои самые высокие уровни. Я не раз говорил, что всегда выберу тех, кто нуждается в помощи, кто слабее, просто потому что так чувствую. Выберу смело и без раздумья, даже если придется проиграть. Проиграем вместе. Без проблем. Зато буду рядом в трудную минуту. Даже если придется потерять комфорт, время и деньги. Хотя последнее — самое незначительное, что может от нас убыть. Да, я думаю именно так. И всю свою сознательную жизнь я помогаю, отдаю, а кого-то удается даже спасти. Никому об этом никогда не говорю, не рассказываю и тем более не хвастаюсь. И вам не расскажу. (Улыбается.) Но верх этих чувств я познал, как бы жестко это ни звучало, через близкую и родную боль. Думаю, вы знаете, что сочувствие и сострадание осознанно приходят к нам только и исключительно через боль. У меня это было связано с моим сыном. 

— Что произошло? Можешь поделиться?
— Нет, нет. Это личное. Не могу. Но хочу сказать, что это настолько произвело на меня впечатление — и одновременно уничтожило — что я очень долго не мог прийти в себя. Когда сын сильно плакал, уперевшись в мое плечо, и говорил: «Пап, ну ты же все можешь, реши это, пожалуйста. Спаси». А ты не можешь это решить! Вот это я понимаю — на тебя плита падает. Еле дышишь… Батя, такой сильный супергерой, который может все, — не может ничего сделать и помочь. Как это объяснить своему ребенку?! Жестко. Как хорошо, что мы это прошли и победили. Но не забыли и никому не простили. 

— Ты не прощаешь людей? 
— Я не прощаю предательство. Самые большие беды человечеству принесли предатели и трусы. Мы все их знаем из истории: Иуда, Брут, Власов и так далее. Нельзя прощать тех, кто бросает в трудную минуту, тихо предает, уходит, не подав руки. Молчит от трусости, когда нужно заступиться за слабого или беззащитного. Продает родину за две копейки, или вовсе не имеет ее и так далее. 

— Что было дальше?
— Все. С этого момента мой «колодец» наполнился доверху. Я не хочу участвовать во всем том, что причиняет боль любому живому существу. Это третья причина, по которой я не ем мясо. 

— А как же Кавказ, Александр?
— Там барана приносят в жертву, и у этого есть свой четкий религиозный смысл, который никак не схож с употреблением мяса из магазина, которое давно умерло, и еще неизвестно, какой мучительной смертью. Мясо барана едят суперсвежим, сразу. И когда его подают к столу, то сопровождают блюдо большим количеством зелени. Я бы сказал, очень большим. И это неспроста — возвращаясь к первой причине отказа от мяса. Зелень — это «турбо» для всей вашей пищеварительной системы. Я бы сказал, ваша вечная молодость. И как ты понимаешь, все эти кавказские традиции очень сильно отличаются от вашего привычного квартирного ужина с «трупиком». (Смеется.) Так вот, возвращаясь к моему рассуждению, я не хочу быть причастным к мучениям живых существ. Это мое субъективное мнение, и я никого к нему не призываю. Но именно поэтому, например, в аэропорту Стамбула мы с женой ловили голубя, у которого лапы были опутаны леской и порезаны до крови. Зато на нас смотрели, как на идиотов. И ни у кого из окружающих даже не «екнуло» помочь. Хотя они прекрасно видели, как он приземляется на грудь, потому что не может стоять и, едва передвигаясь возле столов, собирает крошки. Мы его, слава богу, поймали, размотали леску, обработали раны «Мирамистином», который оказался с собой, и он довольный улетел. Я считаю, что это была главная причина нашей поездки. Спасти чью-то жизнь. Кайф. Скажете, что я «отъехал»? Ок. Пусть будет так. Но именно поэтому, увидев на пляжном песке пчелу, которая зачем-то долетела сюда, дурочка, и теперь мучается и умирает на этой «сковородке», я беру ее в ладонь и несу в кусты. Немного поливаю водой, а потом смотрю, как она, ожившая, чистит крылышки. Ну не счастье ли это?! А на Кипре? На завтраке увидел худую до безобразия девушку из Индии по имени Асшания (потом познакомился с ней), с которой очень грубо разговаривала хозяйка, когда она раскладывала еду и абсолютно нормально работала изо дня в день. Сделал ее фото со спины и каждый день смотрел на нее в напоминание себе о том, что не надо жаловаться на свою жизнь. Такие вещи очень хорошо приводят тебя в чувство и быстро приземляют. Сразу сказал себе, что перед отъездом обязательно оставлю ей денег. Асшания получила свои 3 тысячи долларов. И я был счастлив, когда получил от нее записку, в которой она писала, что это изменит ее жизнь. Круто ли это? Да это отвал башки какое наслаждение. Самое незначительное и простое, что ты можешь сделать для человека, — это помочь ему деньгами, если у тебя есть такая возможность. Купить корм в приют собак всегда проще, чем спасти и забрать их всех оттуда. Всегда это помню и всегда очень тяжело принимаю эту правду, что не могу всем помочь. Записку храню до сих пор. А когда перечитываю, даже начинают немного блестеть мои глаза. Скажешь, что есть в жизни что-то круче этого?

Поэтому все, что сегодня я хочу сказать вам, это то, что сочувствие и сострадание ко всему живому старше любой религии, старше нас всех. Этому не учат в школе. Это познается не в словах, а только в действиях и в глубокой душевной боли. А еще в тихом выборе заботиться о ком-то, даже когда этого никто не заметит.